Спасаясь от войны, бежали в Израиль: история украинской семьи, попавшей в эпицентр резни ХАМАС

Мы приехали к Инне Давидченко в маленький городок Рош-ха-Аин, расположенный всего в 5 км от границы Израиля с Палестинской автономией, где проживают тысячи сторонников ХАМАС. Сейчас здесь тихо. Но я с ужасом смотрю, как беззаботно играют на детской площадке трехлетние дочери Ирины: светловолосые близнецы Валерия и Вероника. А вдруг история с вторжением террористов на юг страны повторится?

В черную субботу 7 октября хамасовцы убили 1400 мирных израильтян. Также они взяли в плен 240 человек.

В консульство Украины не попасть: наплыв беженцев

- Ты когда вырастешь, кем будешь? – спрашиваю я у старшего сына Инны 8-летнего Матвея.

- Не знаю. Но сейчас играю в военного. Мне нужно очень быстро прогнать всех российских и арабских террористов из моего дома.

- У него друг остался в Харькове, – улыбается Инна Давидченко. – Вот они по интернету ВСУ и «помогают».

Мне неудобно спрашивать Инну, знает ли она о том, что они находятся совсем рядом с Палестинской автономией. Женщина и так дважды пережила войну. Но молчать я тоже не могу.

– Только сегодня узнала! – вздыхает Инна. – Нас сюда привезли волонтеры, а они говорят только на иврите, и я их не понимаю. Здесь на короткий срок освободилась квартира. Вот они нас и поселили. Вернуться в Сдерот, где мы снимали жилье, пока не можем. Город расположен в километре от Газы и ХАМАС его постоянно обстреливает ракетами.

В Израиль Инна с детьми приехала в мае 2022 года по туристической визе. Прямо в аэропорту пришлось написать отказ от статуса беженца – иначе бы их не пустили в страну. Потому никакой помощи от государства, как беженка, она не получает. Куда ей с детьми идти, когда хозяева квартиры в Рош-ха-Аин вернутся, она не знает. Работы и средств на аренду жилья у Инны нет.

– Да что там говорить! – восклицает она. – Я даже не могу сделать детям выездные документы. Для этого нужно попасть в консульство Украины. А занять очередь просто нереально. Сейчас консульство штурмуют сотни украинцев, не имеющих загранпаспортов, и никто не может прорваться на прием. Честно говоря, после всего, что мы пережили, оказаться в такой ситуации очень обидно. Выходит, мы своей стране не нужны?

Погреб мог стать могилой

Война для семьи Инны Давыдченко, как и для большинства украинцев, началась 24 февраля 2022 года.

- Мы с мужем и детьми проснулись в 5 утра от сильных взрывов, – вспоминает Инна. – Спросонья решили, что это салют. Но грохот был такой, что в нашем доме дребезжали железные крыша и крыльцо. Потом сообразили – война.

Вечером к семье Давидченко пришла знакомая. Женщина уложила детей спать, и взрослые сели пить чай. Но вдруг резко погас свет.

А потом – бабах! Оказалось, их подворье обстреляли из градов: разбили ворота и забор, оставили воронки в огороде, уничтожили автомобиль.

– Стекла в доме с треском осыпались, мы схватили спящих детей и побежали к погребу, – вспоминает Инна. – Через пару часов появился свет и нам удалось включить "дуйку", иначе бы замерли.

Из погреба они вышли только на третий день. Нашли своего оголодавшего кота, который во время обстрела так испугался, что спрятался в дальнем углу. Муж Инны отправился в город за продуктами, но вернулся с пустыми руками. Магазины, аптеки и банкоматы уже не работали.

– Мы остались жить в погребе, – продолжает Инна. – Дети спали на полках для картошки, которые мы накрыли одеялами. Конечно, мы понимали: если прилетит, погреб станет могилой. Но что нам делать?

В городе появились российские блокпосты и флаги. Воздух вспарывал гул вертолетов. В сторону Купянска шли колонны с военными и цистерны с топливом.

Оккупанты разгуливали по улицам с автоматами и проверяли телефоны горожан. Если им удавалось найти хотя бы одну фотографию в поддержку Украины, забирали в пыточную на Агрегатный завод. Там задержанных держали в холодном подвале в непроглядной темноте, морили голодом, избивали, били током, вырывали ногти...

- По дворам частного сектора разъезжал бэтээр с вооруженными солдатами, - рассказывает женщина. – Искали оружие и грабили дома.

Через месяц в Волчанске закончились продукты, пропали электричество и связь. Замерзшие и голодные пожилые люди с утра занимали очередь за гуманитаркой.

- Мы с мужем решили, что нам с детьми нужно ехать, – вздыхает женщина. – В начале мая хороший знакомый вывез нас с детьми через пропускной пункт Шебекино в Белгород. На КПП "перепотрошили" мой телефон. Но я все заранее удалила. Нас выпустили в Псков, оттуда мы выехали в Латвию и, наконец, прилетели в Израиль.

Дочь играет в сирену и бьется головой о стенку

Приблизительно через месяц после прибытия Инны с детьми в Израиль началось очередное столкновении между ЦАХАЛ [израильской армией - Информатор] и ХАМАС. В течение восьми дней террористы из Газы обстреливали ракетами Сдерот. Потом все прекратилось. Потом еще раз возобновилось – в мае 2022 года.

- Так что, когда утром 7 октября взвыла сирена, я даже не испугалась, – рассказывает Инна. – Тем более, что дети всегда спят в мамаде [бронированная комната, которая есть во многих израильских домах - Информатор]. Думала, полетает и прекратится. Но потом я услышала автоматные очереди и не на шутку испугалась.

Вооруженные до зубов хамасовцы заехали в город на пикапах. На кузовах их автомобилей были прикреплены крупнокалиберные пулеметы. Они захватили полицейский участок и убили 18 полицейских. Затем начали расстреливать всех подряд.

- У нас из окна видна остановка возле библиотеки, – вспоминает Инна. – Там остановился автобус с пенсионерами, которые ехали на Мертвое море. Пока водитель менял колесо, пожилые люди вышли на улицу, и тут из-за поворота на них выскочил белый пикап. Террористы убили всех пожилых людей и рванули в нашу сторону, обстреливая мой дом. Я свалилась на пол и поползла к детям.

В ужасе Инна с малышами закрылась в мамаде.

- Схватила кухонный нож и сидела так шесть часов до прихода армии – рассказывает она. – Потом еще несколько дней шли бои: взрывались ракеты, раздавались автоматные очереди, дрожали стены дома. Было очень страшно. На меня то истерический смех нападал, то плакать в голос хотелось. Но я не позволяла эмоциям вырываться наружу. Детям и так было тяжело. Одна из близняшек заснула, а потом проснулась от сильного взрыва и как закричит...

Утром 8 октября Инна нашла волонтеров и уехала из Сдерота.

- Панических атак после случившегося у детей, к счастью, нет – говорит она. – Но одна из близняшек теперь играет в Цева Адом [так называется сирена в Израиле - Информатор] и бьется головой о стенку. Мы невероятно устали убегать от войны, скитаться по чужим квартирам и начинать жизнь «с нуля». Так что хочется домой! Но… Там война.

Неподалеку от детской площадки, где мы с Инной разговариваем – строительство. У рабочих что-то падает, и Инна с сыном вздрагивают. Сказывается пережитое - то ли в Волчанске. То ли уже в Сдероте.

– Теперь мы еще пугаемся и гула самолетов, – вздыхает она.

О том, почему россия заинтересована в большой войне на Ближнем Востоке, читайте в специальном репортаже Информатор-Украина из Израиля. В нем речь о том, какого развития событий ожидает страна, столкнувшаяся с неслыханной агрессией против мирных граждан.

Киев – Тель-Авив – Киев. 

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

• Репрессии и депортации: как россияне уничтожают школьное образование для украинских детей в оккупации - исследование Amnesty International
• Советник по нацбезопасности Израиля: После ХАМАСа настанет черед Хезболлы
• Эвакуация украинцев из Сектора Газа завершена: у Буданова рассказали подробности