Нефтяные и СПГ-суда впервые за три месяца прошли стратегический пролив - они направляются в Пакистан, Китай и Индию
Нефтяные и газовые танкеры снова движутся через Ормузский пролив - впервые после почти трех месяцев вынужденного простоя из-за американо-израильско-иранского конфликта. Ранее Иран дважды закрывал Ормузский пролив из- за обвинений в нарушении договоренностей о прекращении огня. Теперь системы мониторинга фиксируют движение судов в направлении азиатских портов. Несмотря на это, сотни судов и тысячи моряков до сих пор ждут возможности безопасно покинуть Персидский залив.
Через пролив между Ираном и Оманом прошли по меньшей мере три СПГ-танкера - Fuwairit, Al Rayyan и Al Hamra, что подтверждает агентство Reuters со ссылкой на данные мониторинговых систем LSEG и Kpler. Все три судна загружены в катарском терминале Рас-Лаффан и теперь направляются в порты Пакистана, Китая и Индии.
СПГ-танкер Fuwairit первым подтвердил возобновление транзита: он пересек пролив в понедельник и уже во вторник должен был разгрузиться в Пакистане. Судно погрузили в Катаре еще в конце марта, после чего оно простояло в ожидании почти два месяца. Японская компания Mitsui OSK Lines, владеющая Fuwairit, отказалась от комментариев. Танкер Al Rayyan, также принадлежащий QatarEnergy, уже находится вне пролива и должен прибыть в китайский порт в конце июня.
Отдельно системы отслеживания зафиксировали движение танкера Al Hamra под управлением Abu Dhabi National Oil Company (ADNOC). Судно исчезло с радаров в середине апреля, а 23 мая снова появилось в водах у побережья Индии. Это свидетельствует о его успешном выходе из Персидского залива – хотя представитель ADNOC отказался комментировать маршруты и позиции собственных судов.
Кроме газовозов, через пролив прошел и супертанкер Eagle Verona – он перевозит почти 2 млн баррелей иракской нефти сорта Basrah crude. Судно под сингапурским флагом зафрахтовало торговое подразделение китайской Sinopec – компания Unipec.

Танкер вышел в субботу и должен прибыть в порт Нинбо в июне. Это не первый прецедент этого месяца: еще на прошлой неделе через пролив прошли три крупнотоннажных нефтевоза, которые доставили в общей сложности 6 млн баррелей нефти в Китай и Южную Корею.
Начавшийся в конце февраля конфликт между США, Израилем и Ираном фактически парализовал одну из важнейших морских артерий планеты. До начала боевых действий через Ормузский пролив ежедневно проходило от 125 до 140 судов – именно через этот маршрут двигалось около пятой части всех мировых поставок нефти и сжиженного природного газа. Тегеран ввел режим выборочного прохода и разрешал транзит только "невраждебным" странам.
В конце апреля Иран объявил о новых ограничениях – после того, как спикер иранского парламента Мохаммад Багер Галибаф обвинил США в срыве договоренностей о прекращении огня. По иранской стороне соглашение предусматривало остановку ударов по Ливану, однако Израиль продолжил атаки. Сейчас суда движутся по транзитному маршруту, который определил сам Иран, - и только при наличии соответствующих разрешений. Возобновление движения пока носит частичный характер: в Персидском заливе все еще остаются сотни ожидающих судов.
Полноценное возобновление работы Ормузского пролива способно оказать существенное влияние на нефтяные рынки: если цена нефти Brent упадет, это напрямую ударит по доходам России от экспорта углеводородов. Аналитики указывают, что именно доходы от нефти финансируют российскую военную машину – и их сокращение может вынудить Москву пересмотреть свою позицию в переговорах. Кроме того, разблокировка пролива может склонить Вашингтон к более активной дипломатии по завершению конфликтов сразу на нескольких фронтах.
Параллельно с возобновлением транзита страны Персидского залива ищут способы обезопасить себя от будущих блокад. Строительство нефтепроводов в обход Ирана рассматривается как стратегический приоритет для региона. Иран, в свою очередь, заявлял о намерениях сохранить контроль над судоходством в этой акватории даже после завершения активной фазы боевых действий. Это означает, что вопрос свободы прохода через Ормузский пролив еще долго будет оставаться центральным в ближневосточной геополитике.