Глава НАБУ Семен Кривонос оказался в центре внимания из-за давних дел о фиктивном отцовстве ради амнистии по делу о подкупе избирателей и земельных махинациях
К Семену Кривоносу, который занимается громкими расследованиями как глава НАБУ, есть также много вопросов. Они не касаются скандалов, созданных НАБУ вокруг Ирины Мудрой или Руслана Кравченко, но не менее важны. Об этом говорится в публикации From-ua.
Первый вопрос по истории участия Кривоноса в выборах в Киевсовет. В 2009 году Кривоноса обвиняли по ч.3 ст.157 УК Украины в препятствовании осуществлению избирательного права путем подкупа по предварительному сговору группой лиц.
В делах фигурировали студенты КНУ имени Тараса Шевченко и около 90 тысяч гривен. По обнародованным документам, 15 тысяч гривен были переданы 22 мая, еще 75 тысяч – на следующий день. Речь шла о вознаграждении примерно 200 гривен за голос или участие в кампании.
Однако обвинительного приговора не было. 25 июня 2009 года суд применил к Кривоносу амнистию из-за наличия на иждивении малолетнего ребенка.
Именно история этого ребенка стала одним из самых резонансных эпизодов.
Максим Хомченко родился 4 мая 2008 года. Кривонос оформил отцовство только в следующем году. Новое свидетельство о рождении, где он был записан отцом мальчика, датировано 17 июня 2009 года. Через восемь дней суд применил амнистию.
В 2015 г. ДНК-экспертиза показала 0,00% вероятности биологического отцовства. После этого запись о Кривоносе как отце была исключена.
Мать мальчика Светлана Хомченко в 2026 году публично заявила, что отношения с Кривоносом не имела. По ее словам, согласиться на оформление отцовства ее попросили через посредницу, объяснив, что ребенок якобы нужен Кривоносу "для работы".
Именно последовательность дат породила версию, что оформление отцовства могло использоваться для получения амнистии. Этот мотив требует юридического установления.
Еще одна история – земельное производство 2014 года. В нем фигурировали 0,25 га земли в Тарасовке и 72 тысячи долларов. По материалам дела участок могли оформить через подставное лицо с последующей перепродажей. Кривонос отрицает причастность: заявляет, что был свидетелем, подозрения не получал, а производство закрыли.
Эти дела пытаются забыть. Вспоминают дело Ирины Мудрой, которую следствие подозревает в причастности к рейдерству и легализации средств, и скандал вокруг Руслана Кравченко после операции "Карфаген". Мудрая отрицает обвинения, а причастность Кравченко к схеме с колл-центрами официально не установлена.
Три разных истории. Но вопрос один: какими должны быть стандарты добродетели для тех, кому государство поручило контролировать других?