Военнослужащий и политолог Кирилл Сазонов объяснил, при каком условии Москва может пойти на настоящие переговоры – и почему сейчас она не готова
Россия вряд ли согласится на результативные переговоры, пока не почувствует реальную цену войны. Такую позицию высказал военнослужащий ВСУ и политолог Кирилл Сазонов. По его мнению, если Москва и дальше будет отказываться от реального диалога - боевые действия могут перейти в еще более жесткую фазу, и уже не в пользу оккупантов. Именно дальнобойные удары Украины по российской инфраструктуре, по словам Сазонова, способны вынудить Кремль изменить подход.
В видеокомментарии журналист, военнослужащий и политический обозреватель Кирилл Сазонов заявил, что операция против Крыма уже спланирована, а две российские армии в Запорожье и Херсонщине фактически парализованы из-за систематических ударов по логистике. Аналитик подчеркивает: Москва продолжает выдвигать ультимативные требования, неприемлемые для Украины, и это означает, что любые нынешние переговоры остаются лишь формальностью.
"Переговоры скорее всего упрутся в стену – даже не по нашей вине. Москва выкатывает нереальные условия, пути рассказывает Трампу, что они опять что-то захватили и скоро мало до Киева не дойдут. А потому им все надо отдать, что хотят. То есть очевидно, что на такие условия Украина не пойдет", – заявил Кирилл Сазонов.
По мнению Сазонова, реальное давление на Кремль – это не дипломатия, а боевые результаты. Россия понимает исключительно язык силы, поэтому именно дальнобойные удары ВСУ по нефтеперерабатывающей инфраструктуре, логистическим узлам и военным объектам оказывают реальное влияние. Эффективные дальнобойные удары сил обороны по объектам в России начали существенно менять ситуацию не только на поле боя, но и в дипломатическом поле. Именно этим объясняется изменение риторики западных партнеров, в частности, США, которые открыто начали говорить о победе украинской армии.
В последние недели Украина фактически начала блокировать Крым, используя дроны средней и большой дальности. Беспилотники уничтожают дороги и другую инфраструктуру, которую враг перекидывает на фронт войска и вооружения. Под ударами оказались железнодорожные мосты, контрольно-пропускные пункты, понтонные переправы и нефтеперерабатывающие объекты, что привело к дефициту топлива на полуострове.
С начала 2026 года Силы обороны Украины удвоили количество ударов по российской нефтеперерабатывающей инфраструктуре – поражено два десятка крупных НПЗ и терминалов. Общие потери мощностей по переработке превысили 30%, а только в мае ВСУ установили рекорд – 30 атак по нефтяным объектам в месяц. На самом полуострове уже фиксируются серьезные проблемы с обеспечением: оккупационные власти Крыма и Севастополя были вынуждены ввести режим чрезвычайной ситуации.
На этом фоне Путин 23 июня публично заявил о готовности к переговорам. Однако его условия – постоянный нейтральный статус Украины, отказ от вступления в НАТО, существенное сокращение ВСУ, запрет на размещение иностранных военных баз. Кроме того, Москва настаивала на ограничении права Запада оказывать военную помощь Киеву и хотела закрепить за собой оккупированные территории Донбасса и Крыма. Сазонов квалифицирует такие требования как фактическую капитуляцию: Москва тянет время и не стремится к реальному диалогу.
Вывод аналитика неутешителен: пока Россия не почувствует реальную цену агрессии - на земле, в экономике и на дипломатическом фронте - любые переговоры будут оставаться имитацией. Давление из-за дальнобойных ударов и активных действий на поле боя делает дипломатическое урегулирование более вероятным. Впрочем, Сазонов отмечает: без реального боевого превосходства ни одна дипломатия не заставит Кремль уступить.
Секретарь Совета безопасности РФ Сергей Шойгу заявил, что Россия якобы готова завершить войну только после "устранения первопричин конфликта". Одним из главных условий в Кремле назвали возвращение Украины в нейтральный и безъядерный статус. При этом Информатор фиксировал, что в таких условиях Москва фактически требует от Киева отказаться от суверенного права на выбор союзников и собственный оборонный потенциал.
Путин в программной речи на предвыборном съезде "Единой России" 28 июня назвал украинские удары по нефтеперерабатывающим заводам "террористическими действиями". Поводом стали успешные атаки ВСУ на НПЗ в глубине России, уже спровоцировавшие топливный кризис в нескольких десятках регионов. То, что Путин реагирует на удары публично и болезненно, подтверждает тезис Сазонова: Информатор фиксировал, что именно тогда, когда Россия испытывает реальную боль от "дальнобойных санкций", риторика Кремля становится острее и нервнее.