Почему не стоит радоваться пожару в музее Севастополя - объяснение эксперта Копытько
Блогер и журналист Алексей Копытько объяснил, почему пожар в панораме "Оборона Севастополя" - это трагедия, а не повод для злорадства
Пожар в музее-панораме "Оборона Севастополя 1854-1855 гг." всколыхнуло украинское общество - и не столько из-за самого факта возгорания, сколько из-за реакции части украинцев, открыто радовавшихся событиям. Ранее Россия уже целенаправленно уничтожала украинские достопримечательности - от музея Сковороды до Мариупольского художественного музея. На этот раз вооруженная агрессия коснулась оккупированного Крыма, и дискуссия обострила вопрос: является ли этот памятник "своим" или "чужим" для украинцев.
В ночь на 10 июня в оккупированном Севастополе после атаки беспилотника загорелась кровля здания музея-панорамы. Местный ресурс "Крымский ветер" опроверг версию оккупационной администрации и указал, что дрон упал на объект после сбития российской системой противовоздушной обороны. Назначенный Россией губернатор Михаил Розвожаев заявил, что панорама "практически уничтожена". О том, почему это событие не может быть поводом для радости, написал в Facebook Алексей Копытько – журналист и эксперт по культурной памяти.
Копытько отмечает: панорама, Херсонес, Бахчисарай, музей Леси в Ялте, музей Айвазовского в Феодосии, музеи Керчи – это временно увлеченные украинские музеи, а не "русские". В них хранятся оригинальные вещи, которые являются частью украинского культурного наследия – и то, что кафиры подают их в искаженной форме, не делает эти предметы менее ценными. Уничтожение одних украинских музеев не может быть поводом для радости, когда горят другие – просто менее близки кому-то по духу.
Как отмечает Копытько:
"Если вы по-настоящему не принимаете эту часть УКРАИНСКОЙ истории как свою, значит, россияне победоносно инфицировали вас вирусом 'Новороссии'."
Этими словами эксперт заключает главный аргумент: отказ от Крымской (Восточной) войны как части собственного наследия – это не позиция, а результат успешной российской пропаганды. Копытько напоминает, что Крымская война началась с бомбардировки Одессы и охватывала все Азово-Черноморское побережье. До 70% нижних чинов флота составляли украинские крестьяне, а среди героев первого ряда – матрос Петр Кошка из Винницкой области и Игнатий Шевченко. Население от Шостки до Полтавы несло груз поставок - от фуража до гужевого транспорта, ведь железной дороги тогда не существовало.
Как Запад принял аннексию и почему это связано с Севастополем
Копытько указывает на еще одно важное измерение проблемы – геополитическое. Назначенный Кремлем глава оккупационной администрации Михаил Розвожаев возложил ответственность за удар на Украину и назвал атаку "целенаправленной". При этом он не упомянул о возможных просчетах российской системы ПВО. Эта манипуляция - лишь последнее звено в длинной цепи навязанных нарративов о Севастополе как "исключительно российский город".
По мнению Копытько, легкость, с которой Запад проглотил захват Крыма, - это следствие успеха российской пропаганды и одновременно следствие примитивной гуманитарной политики самой Украины. Россияне навязали – а украинское государство и общество согласились – с совершенно искаженной концепцией крымской и севастопольской идентичности. Пока Украина "позволяла выморить" из своей памяти Крымскую войну, Москва успешно убеждала мир, что Крым и условные Сумы – это "разные сюжеты".
В самом музее сообщили, что фрагменты оригинального полотна Рубо не пострадали – все 39 фрагментов оригинала находились в других помещениях. То, что находилось в здании, – это полотно, написанное в 1954 году группой советских художников. Впрочем, с точки зрения культурной памяти, важно и оно – ведь посвящено событию, в котором массово участвовал украинский народ.
Что произошло с музеями под оккупацией
6 мая 2022 года в результате российских обстрелов сгорел Национальный литературно-мемориальный музей Григория Сковороды в селе Сковородиновка Харьковской области. По данным следствия, удар был нанесен целенаправленно – ракетой класса "Искандер". Систематическое уничтожение музеев Россия ведет с первого дня полномасштабного вторжения, и каждый новый урон - от Мариуполя до Харьковщины - это удар по материальной базе украинской идентичности.
В Крыму и Севастополе до оккупации действовали 39 государственных музеев, в которых хранилось не менее 1 миллиона 200 тысяч музейных предметов. После 2014 эти фонды фактически вышли из-под контроля Украины. Крымские музеи под оккупацией продолжают подвергаться русификации и переписыванию контекста - и это, по словам Копитька, не менее опасно, чем физическое уничтожение. Восстановление контроля за этими фондами остается одним из приоритетов культурной реинтеграции Крыма.
Следите за нами в Telegram
Сейчас читают на Информаторе
